Пузырь

-Я тебе говорю, не полетит! – говоривший топнул ногой.
-Нет, нет и еще раз нет! – каждое отрицание сопровождалось увесистым тычком оппоненту.
-Да! – тот ответил за все три разом. - Вот увидишь, в этот раз обязательно все получится!
-Ты что не знаешь его? – сбитый поднялся и стал энергично отряхиваться. - Сколько раз уже было подобное? И помнишь, что случалось? – и, вспомнив, оба спорщика пригорюнились.
-Но… - попробовал было оправдаться один из них, да мозолистая рука въехала ему под дых.
-Тише, вон он идет, - в качестве пояснялки высказал другой.
К двум активно спорящим карликам, не гнушавшимся тяжелыми аргументами, пробирался Человек. Обыкновенный, заурядный человек не смог бы пробраться через такую толпу. Этот же шел, как раскаленный уголь сквозь лед. Медленно, но неумолимо приближался он к поставленной перед собой цели. Судя по тому, что конечным пунктом являлись два спорящих субъекта невысокого роста, у совсем уж посторонних складывалось впечатление, что он тут не случайно. На этот факт намекали прямым текстом лучшие из лучших ремесленников, но так как про это они говорили тихо, то многие это просто не слышали.
-Привет Ба, Бе, - поздоровался с ними подошедший уголь в человеческом обличии, когда смог пробиться через толпу зевак.  - Это день нашего триумфа!
С этими словами он поднял руки вверх, словно намекая на что-то. На что именно, не поняли ни его друзья, далеко не глупые, ни зеваки, собравшиеся вокруг.
-Я чувствую это, - продолжил тем временем вещать доктор Тигеншнацер. - Вот даже благодарные зрители есть!
Ба и Бе переглянулись. Они поняли, что доктор не заметил в руках у людей корзины полные овощей далеко не первой свежести.
-Они специально пришли,  - Тигеншнацер не обращал ровным счетом никакого внимания ни на что вокруг, - чтобы запечатлеть этот замечательный миг и рассказывать его потом детям и внукам, сидя дома у камина, или лучшим друзьям за кружкой браги в таверне, - ему было свойственно игнорировать и уж совсем очевидные факты.
Недавно в городок приехал цирк. Само по себе это было грандиознейшим событием, а тут еще они привезли новые номера акробатов, каскадеров и иные увеселительные. Вот только люди были не на очередном представлении, а рядом с доктором Тигеншнацерем. Он давно уже стал местной легендой и раз от разу все больше веселил публику. Перед ним меркли все приезжие артисты. Там, где даже он просто появлялся, было очень и очень весело.
Ба и Бе печально переглянулись и пожали плечами после речи доктора. Им очень не хотелось разочаровывать этого милого и чудаковатого человека, почти постоянно пребывающего не здесь, а там. Ученые - они ведь такие…в облаках часто витают.
-Док, очнись, - вернул его на землю Ба, - надо делом заняться, а не речи толкать.
-Да, это всегда можно сделать, - поддакнул Бе.
-И к тому же, у нас чай остывает, - кинул веский довод Ба, - надо бы и поторопится.
Переход дока от возвышенного состояния к реальности произошел весьма быстро. Нет ничего отрезвляющего, чем конкретные действия. У него, Тигеншнацера, была еще одна малюсенькая особенность: перед всем ответственным у него развивалась жуткая депрессия. Чем он только ее не лечил: химическими препаратами, различными лечебными настойками, смехом и небольшими безобидными увеселительными предприятиями - все было бес толку, она, как была в глубине его души, так там и оставалась.
Конструкция, к которой обратили свой взор все трое, была поистине…ну, в общем, Поистине.
На нескольких больших железных подпорках висел шар. По своим габаритам это был довольно внушительный полый пузырек. Он был сделан из самого легкого, какой только смогли достать, металла. Внутрь этой штуковины нагнетался пар, который вырабатывался в специальном двигателе, установленном в центре подвешенной металлической гондолы. По ее бокам шли специальные трубы, через которые выводилось избыточное давление. Их приделали после того, как один из шаров разорвало на мелкие кусочки (местные жители еще долго находили разные покореженные кусочки). Чтобы конструкция имела большую подвижность в воздухе, трубы могли вращаться. Снизу к двигателю крепился длинный шланг, главное предназначение которого было всасывать воду. Этот самый распространенный элемент был топливом для основного механизма и подспудно охлаждал конструкцию в целом. Человек, которому было доверено управление этим чудовищем инженерной мысли и который сидел чуть ли не на самом двигателе рядом с шаром, казался очень крошечным.
Даже у непосвященного во все эти тайны постороннего складывалось впечатление, что над этим металлическим монументном поработал гений чертежа и конструкторской мысли. Обыкновенному, здравомыслящему человеку такое было не под силу. Единственная беда была в том, что доктор Тигеншнацер не мог начертить практически ни одну деталь правильно. Это была прямо трагедия: чертежи изобиловали различными помарками, росчерками, зачеркиваньями, пояснениями в громадном  количестве. Все эти вещи создавали такой хаос, что разобраться, что к чему, становилось чертовски сложно, почти невозможно. Даже Ба и Бе - лучшие из лучших - с трудом могли прочесть, что там надо, а что, наоборот, ни под каким предлогом не надо. Из-за этого и выходили различные казусы при испытаниях.
Вот и теперь было одно из них, и в скором будущем будет ясно, чем оно закончится. Доктор Тигеншнацер не терял надежды, что это испытание его детища пройдет как надо. Ба и Бе, будучи сторонниками школы Прагмата, были настроены более скептически.
-Эх… - выдохнул доктор, - надо бы назвать мое детище. А то все Исп-1, Исп-2. Банально и не интересно. Это есть у каждого. Надо бы что-нибудь оригинальное. Только вот что? – он любовно посмотрел на свое творение, выкрашенное в яркий оранжевый цвет.
-Так че тут думать? – нарушил молчание один из карликов.  - В цвет. Ты, док, не смотри, что он у нас такой, - говоривший виновато развел руками, - другого просто не было.
-Оранжевый шарик, - задумчиво, смакуя каждое слово, протянул второй. – А что? Очень даже звучит. Или может лучше Оранжевый Шарище?
-Ты еще скажи Орандж Бабл!
-Твой вариант никуда не годится, - начал назревать спор.
-Так, стоп! – док очень хорошо знал этих двоих и прекрасно осознавал, чем это все может обернуться, и ему было жалко времени, которого у них и так почти не было. – Мне нравятся ваши оба названия. И «Оранжевый Шарик» и «Орандж Бабл». Пойдем на компромисс, - он поднял палец, - Оранжевый Пузырь.
-Но… - начал было Ба.
-Никаких «но». От каждого по слову и от меня уточнение - и будет всем благодать. Не надо спорить, пора начинать, а то гости дорогие начали уже волноваться в предвкушении моего триумфа.
-Да? – скептически пробормотал Беи уже гораздо тише, - еще бы, такого зрелища лишают.
Перед мысленным взором доктора Тигеншнацера  пронеслось видение: вот он поднимается и садится в свою гондолу…вот он спускается из своей гондолы, весь такой…герой. Из толпы отделяется фигурка и бежит к нему на встречу…Это девушка. Добежав, она бросается с поцелуями к нему на шею, хвалит его… Ее героя. Потом еще одна девушка…. И вот он завален ими как цветами.
Ему стоило больших усилий прогнать эти ведения. Ба и Бе стояли рядом и тактично молчали. Они догадывались, что творилось у доктора в голове, поэтому решили не разбивать его иллюзии. Вот он всхлипнул и с обреченным видом поднялся в свой «Оранжевый Пузырь». Перед тем, как окончательно скрыться в гондоле, доктор Тигеншнацер остановился в проеме, обернулся и помахал рукой зрителям, после чего подал условный сигнал своим помощникам.
Несколько минут ничего не происходило, и над полем стояла гробовая тишина. Потом что-то в гондоле скрипнуло, чихнуло, крякнуло, пару раз кто-то там внутри матюгнулся и двигатель заработал. Это вызвало бурю восторга у всех присутствующих и больше всего у Ба и Бе. Через мгновение шар начал отрываться от земли, и водозаборный шланг начал потихоньку разматываться. Все затаили дыхание… И вот, повисев чуть на месте, шар поплыл в сторону ближайшего леса.
-Работает, - выдохнул Ба.
-Да…Слушай, а ты видел где-нибудь в чертежах посадочный элемент? – спросил озадачено Бе, - или идею, как шар будет спускаться?
-Вроде, нет. У нас ведь даже от земли ни разу оторваться не получилось.
-Стало быть?…
И они в ужасе смотрели в след удаляющемуся «Оранжевому Пузырю» и сидящему в нем доктору Тигеншнацеру…



Рекламка


Ket.Ru Gold